Выпустив свет, я почувствовал исходящую от него могущественную силу, немного напоминающую магию дзасики-вараси. Волшебное дерево отделялось от остальной части аэропорта магическим барьером. Скорее всего, для отвода глаз. Рядом дежурила двойка магов в мантиях и пара сотрудников терминала. При нашем приближении служаки подняли тревогу, вызвали охрану и выставили какой-то мощный барьер. Пришлось показывать им ошейники, а также пропуска. Минут пятнадцать мы ждали, пока отменят тревогу и уточнят насчет разрешения для переноса магических созданий с высоким классом опасности. Могли их хотя бы предупредить. Потом сотрудник вуднета очень тщательно проверял наши ауры на совместимость с сетью. Мне и Куэс разрешил сразу, Сидзуке, поколебавшись, также дали зеленый свет. А вот аура Химари оказалась слишком «темной», чтобы путешествовать по деревянной сети. Пришлось использовать внутреннюю силу волшебного дуба, чтобы перенести бакэнэко, что стоило на порядок дороже. Однако расстояние, как и цена, были не такими большими, так что я без вопросов выложил кровные. Сам перенос не запомнился ничем особенным, никаких неприятных ощущений. Вот ты здесь, а вот уже в другом месте, и специальный работник отгоняет тебя в сторону, чтобы не мешать другим прибывающим. Химари выглядела бледной после переноса, но крепилась. Сидзука радостно носилась, изображая любопытного ребенка.
Видел в буклете фотографии Оксфордского университета. Архитектура Лондонской Академии Магических Искусств была очень похожей. Готичные шпили, высокие арки окон. Как поведала Куэс, ЛАМИ построена на шесть лет раньше Оксфорда. То есть, над зданиями работали одни и те же строители и проектировщики. До этого обучение колдунов и ведьм, как их официально именовали в Англии, проводилось на дому в частном порядке. Поэтому раньше различные Дома имели большое влияние. Сейчас же и выходец из обычной семьи может занять весьма высокий пост в магическом сообществе. Хотя Куэс сказала, что в этом плане маги немного отстают от обывателей. Например, притеснение чернокожих сошло на нет только через десяток лет после того, как это случилось среди обычного народа. Сейчас сообщество магов, как с неудовольствие выдала Куэс, переживало сексуальную революцию. Некоторые колдуны и ведьмы в открытую заявляли о своей нетрадиционной сексуальной ориентации, и им было сложно отказать в приеме на работу. В Daily Magic писали о законопроекте по разрешению сочетаться браком среди однополых пар-одаренных и отмене принудительной психокоррекции. Но тут были свои тонкости: однополые пары могли усыновить кого-то, однако магическое наследство пропадало втуне. Радетели за развитие колдовского потенциала Британии были категорически против. Также проходили дебаты по разрешению свободной продажи зелья по смене пола, которое считалось запретным уже два века из-за некоторых составляющих.
— Воу, ничего себе. В Англии развито зельеварение?
— Сейчас лишь тень былого величия. Многие ингредиенты банально не достать. Поэтому остались только простые и слабые рецепты, зельеварение даже думали сделать факультативом вместо основного предмета.
Куэс провела нам небольшую экскурсию по ЛАМИ, хотя внутрь зданий нас не пустили. Народ в основном был на каникулах, но некоторых студентов я видел. Ничего так, обычные подростки, некоторые со смартфонами или в наушниках. Форма похожа на мою школьную, для мантий слишком жарко. Погода выдалась на удивление солнечной и теплой, ведь я слышал, что туманный альбион славится непрекращающимися дождями. Из-за разницы во времени, мы прибыли лишь на пару часов позже вылета, так что в Англии стояло семь вечера того же дня. На стадионе увидели небольшую группу студентов, гоняющих мяч.
— А как же квиддич?
— Юто, хочешь, чтобы я тебя стукнула? — едко спросила Джингуджи.
— Ладно-ладно. Англия ведь родоначальник футбола, не мудрено, что и волшебники тоже этим увлекаются. Даже слова soccer и sorcerer похожи. Только почему они с палочками?
— Я не особо знакома с правилами, — призналась Куэс. — Вроде бы в футболе им можно использовать чары временной парализации и нарушения координации, а также защитные. Палочка нужна, чтобы никто не мухлевал, и не бросал заклинания чаще установленного времени.
— Ясно, ничего необычного. Кстати, я бы хотел с тобой потренироваться, испытать свои силы, так сказать. Не сейчас, конечно.
— Я не возражаю, — слабо улыбнулась сумеречная луна. По-моему, она первый раз мне улыбнулась с того момента, как узнала про закладки.
— Я бы тоже могла показать несколько приемов с печатями, — предложила Маки. — Хотя печати Амакава отличаются от обычных. Но больно уж легко тебя пленили цутигумо.
— Э-э, с удовольствие поучусь у Маки-сенсея, — отвесил я поклон.
Насколько мне известно, родовые умения Амакава не особо афишировались. Вернее, большую известность получили наши печати, которыми вовсю торговали, чем другие грани светлой магии. Охотница из Тсучимикадо, видимо, считала, что именно печати составляют основную часть моего боевого арсенала, поскольку еще не видела меня в бою. Кстати, с собой я взял пачку бумажных личнозачарованных амулетов: ошеломление, подчинение. И пара оставшихся барьерных. Пока что я их распихал по карманам, но у Тсучимикадо имелись специальные пеналы по типу кобуры подмышкой. Они так и назывались — печатницы. Шидо обещал достать одну для меня по приезду.
Академия располагалась в западном районе Лондона, не густонаселенном. В основном частные дома и участки. Куэс сказала, что раньше это место считалось отдельным поселком, который в одно время стали относить к столичной территории. Над входом крупными буквами значилось название академии. Когда я на них смотрел, взгляд словно соскальзывал из-за какой-то магии, поэтому вопрос про обывателей отпал сам собой. Наверное, неодаренные не видят этой надписи, или видят что-то обычное. Ниже значился девиз «Magicis illuminatio mea», что означало «Магия — просвещение мое» или «Магия — мой свет», как пояснила Куэс. Занятно, что девиз Оксфорда был «Dominus illuminatio mea» или «Господь — просвещение мое». Колдуны в целом не были никогда религиозным народом, отчего в средние века часто возникали конфликты. Инквизиция, очистительные походы и прочая ересь.
Минут двадцать мы шли по этаким классическим английским провинциальным улочкам, залитым лучами заходящего солнца и утопающим в зелени. Изысканные особняки с лужайками и небольшими садами.
— Тетя Маргарет живет дальше по Тисовой улице.
— Приятное местечко.
— Стоп! — остановил нас мужчина с планшетом для бумаг в руках. — Дальше идут съемки, прохожим появляться нельзя. До девяти часов.
— Ох, я и забыла, — изобразила фейспалм Куэс. — Там же этих книг тьма тьмущая. Про Гарри Поттера, — пояснила мне колдунья.
Я шикнул на Ди-ниджу, который заиграл заглавную тему из озвученной киноэпопеи.
— Супер! А какая часть серии?
— Дары смерти, первая часть, — ответил сотрудник.
— God damn, вы что, еще больше этот дурацкий сериал решили растянуть? — вспылила Куэс.
— Мисс, нам очень важно ваше мнение, — фальшиво улыбнулся рабочий.
— Юто, пойдем в обход, дворами.
— Хм-м, не хотелось бы мешать съемочному процессу, — засомневался я.
